Настольное украшение Мирские обитатели

Древесина горной сливы придаёт украшение глубокую текстуру и насыщенный оттенок, напоминающий тёплый янтарь. Каждая деталь — результат кропотливой ручной работы, с соблюдением всех нюансов японской традиции. Такие пресс-папье, появившиеся ещё до начала ХХ века, изначально служили не только элементами декора — они удерживали концы свитков, позволяя аккуратно раскручивать их по мере чтения или восприятия. В отличие от европейской практики, где картины вешали на стены, в Китае и Японии произведения искусства хранились в виде длинных рулонов, которые разворачивали постепенно, словно читая повествование. Экземпляры подобных композиций — живые скульптуры, передающие внутренний мир природы. Одна из пар — жаба и паук — символизируют несочетаемое: один — тихий, скрытный, другой — стремительный, хищный. Их соединение говорит о балансе сил, о взаимозависимости, даже если внешне они противоречат друг другу. Вторая пара — цикада и улика — отражает иной фрагмент природного цикла: одна — символ весны и возрождения, другая — вечный труженик, превращающий органику в плодородную почву. На обратной стороне — уже иные образы: —  ящерица с древесным жуком и скорпион с божьей коровкой. Эти пары неслучайны. Животные, традиционно поселявшиеся в японских домах, — символы, несущие в себе мудрость стихий. Паразит и хищник, жертва и охотник — в природе их роли постоянно перекрещиваются. То, что кажется уязвимым, может оказаться сильнее. То, что кажется опасным, — не всегда угроза. Именно такая двойственность лежит в основе японской эстетики, в гармонии противоречий. Аукцион восточного антиквариата в Drouot Montaigne.

Размер — 245 мм.