Кинжал Maçon

Антикварный церемониальный именной кинжал, являет собой редкий образец высокоградусного масонского церемониального назначения, где каждый декоративный элемент подчинен строгой эзотерической логике западноевропейской традиции. Антропоморфная рукоять эфеса выполнена в виде аллегорической фигуры «Мрачного жнеца» в струящемся саване с косой и песочными часами. Иконография образа сложилась в эпосе западноевропейской традиции XVII начала XVIII веков. Сакральная пластика транслирует фундаментальную масонскую концепцию «Memento mori» — бренности бытия и равенства братьев перед лицом Смерти, глубоко укоренившуюся в ритуалах Посвящения (в частности, в убранстве Комнаты Размышлений). Архитектоника гарды, на которой покоится фигура Мрачного жнеца, сформирована берцовыми костями (ossuaria), символизирующими бренную плоть, которая в месте соединения уступает место высшим триумфальным инструментам Духа — Наугольнику и Циркулю. В центре композиции помещена литера «G» (Magnus Architectus Universi). Нижняя часть гарды опирается на прямоугольный тесаный камень — символ совершенного масона и олицетворяет человека, просвещенного знанием и обтесавшего свои пороки. С одной стороны камня помещено объемное рельефное изображение «Всевидящего Ока» в расходящихся лучах — знак Божественного Провидения. На оборотной стороне камня гравировка — Ch Bonnet Geneneve. На кольцевой муфте у основания клинка выгравирована надпись на латыни: «IN DEO SPES MEA» («На Бога уповаю» / «В Боге надежда моя»). Этот девиз традиционно венчает высшие степени Шотландского устава (в частности, 32-й градус Верховного Князя Царственной Тайны) и подчеркивает непоколебимую христианскую/протестантскую платформу владельца. Завершает композицию эфеса чаша. Клинок кинжала — стальной, кованый, строго ромбического сечения без долов, плавно и симметрично сужающийся к острию. Конструкция клинка исключает режущую функцию, акцентируя исключительно колющую. Отсутствие боевой заточки подчеркивает сугубо сакральный, метафизический статус. В масонских мистериях клинок использовался для направления воли, принесения клятв на Библии и символической защиты границ Ложи. Церемониальный кинжал Maçon принадлежал известному философу и ученому XVIII века Charles Bonnet (1720 — 1793). Члену Лондонского королевского общества, иностранному члену Парижской академии наук, иностранному почётному члену Петербургской академии наук, входившему в женевскую масонскую ложу «L'Union des Curs». Семья Bonnet принадлежала к французским гугенотам, бежавшим в Швейцарию после трагических событий — «Massacre de la Saint-Barthélemy» (Варфоломеевской ночи) августа 1572 года. Этот факт безупречно объясняет глубоко укорененный в родовом сознании девиз «IN DEO SPES MEA», ставший манифестом религиозной свободы. Архивные фонды Женевы подтверждают вхождение Charles Bonnet в достопочтенную ложу «L'Union des Cœurs». Ложа была учреждена в Женеве в 1768 году под эгидой Великой Ложи Англии. Именно этот год обозначает строгую нижнюю хронологическую границу (terminus post quem) создания данного ритуального клинка. Charles Bonnet сочетал рациональный научный подход с высокими степенями масонского мистицизма. Кинжал такого уровня исполнения не являлся ложьевым инструментом, а заказывался индивидуально в качестве знака особого статуса Мастера в иерархии ложи Женевы. Церемониальный кинжал обладает безусловным музейным статусом и представляет исключительный интерес для государственных историко-культурных музеев, а также для крупнейших тематических частных собраний. Из частной коллекции Бельгия.

Размер — 375 мм.